Наверное это будет самый неожиданный мой пост. В первую очередь - для самой себя. Во вторую - для близких друзей. Если бы этот пост прочел главный его герой, то не поверил бы своим глазам и, как обычно, отмахнулся от сантиментов в свой адрес. Ну что поделаешь с тобой, пап. Ты все равно это вряд ли увидишь.
Интернет для тебя - вещь даже не третьестепенная. Прочитать новости, зайти на сайт "Спорт Экспресса", максимум - посмотреть мои новые фотографии на "Одноклассниках". Там я кстати, только из-за тебя и мамы. Так странно, вы прожили вместе 20 лет, но сейчас не дружите даже на просторах всемирной сети. Я понимаю, пап. С бывшими бывает сложно. А вам было сложно и в статусе "настоящих". Но я все равно знаю, что ты ее очень любишь. Просто любишь ты особенно, ты и сам особенный.
Ты никогда не говорил мне, что любишь меня. Редко целовал, редко спрашивал о чем-то. Да и сейчас все по-прежнему. Правда после вашего развода ты очень старался стать папой, таким, какими являлись твои друзья, о каких пишут в книжках и про которых снимают фильмы. Не вышло. Ты не умеешь притворяться, а я не умею играть. Ты не умеешь притворяться. Ты даже изменять нормально не мог, всегда крайне бесталантно палился. Скажи, почему выбор всегда падал на маминых подруг? Знаешь, а это больно. Теперь я знаю. Только понять тебя не могу. Скажи, почему ты всегда легко ее терял, а после с таким трудом возвращал? Я понимаю, тебе без нее плохо. В первый год после развода ты сдался. А она нет. Она никогда не сдавалась - порода не та. И я не сдаюсь, тут я не в тебя.
Ты никогда не говорил мне, что любишь. Только сейчас это поняла и стало смешно: как же так, пап. Ты просто не мог произнести этих слов, потому что я знаю: ты меня правда любишь.
Ты всегда хотел мальчика, а родилась я. Ты не хотел ехать в роддом, но бабушка поставила ультиматум: или едешь сейчас, или не увидишь дочь вообще. А у нас ведь была любовь с первого взгляда. В три месяца я сказала свое первое слово "папа" (мама до сих пор обижается на тебя за это). В два с половиной я сидела на твоих плечах, мы смотрели Чемпионат мира по хоккею и я громко кричала: "Шайбу! Шайбу!". В четыре я засыпала под твою любимую "Машину времени", под Шевчука, которого по детской наивности считала твоим другом. В пять мы ходили вместе на футбол. Помнишь, как-то по дороге с матча мы подобрали в парке ежика и принесли его домой?) Он спрятался за шкаф, а я все просил его достать, очень хотелось погладить) В шесть ты подарил мне вертолет на радиоуправлении и мы его запускали по нашему только что построенному коттеджу.
А потом ты начал много работать. Девяностые. Хватай-бери-успевай. Ты привозил мне упаковки "Спрайта", "Херши колы", "Марса" и жвачек с наклейками - все дефицитное. Каждый Новый год под моей елкой красовалась гора подарков. До сих пор помню эти ощущения: рано-рано утром босыми ногами шлепаешь по холодному полу в гостинную, заглядываешь под елку, визжишь от радости и бегом к вам в спальню, нацеловывать, благодарить и делиться радостью. В моей семилетней жизни было все, только папы стало меньше.
Ты пропускал мои дни рождения, но всегда возвращался из поездок с чемоданом подарков. А мне так хотелось, чтобы ты просто был рядом в последний день июля. Позже я к этому привыкла. А тогда я ценила каждую твою минуту дома: вот мы смотрим футбол, вот ты расписываешься в моем дневнике, вот мы жарим шашлыки, вот ты играешь на гитаре на ночной кухне и что-то поешь маме, а я сижу на ступеньках в коридоре, в одной пижаме, клюю носом и слушаю про глухарей, которые бьются грудью до крови, про умницу, про последнюю осень.
А потом тебе стало не до меня. Ты просто привык, что меня и мамы нет в твоей жизни. Были поездки, дела, деньги, друзья, какие-то женщины. А нас не было. Точнее формально мы существовали, но уже на расстоянии, хотя и жили в одном большом доме, который с каждым годом становился все неуютнее и холоднее.
Я знала, что вы разведетесь. Копаться в ваших отношениях я не буду, я этого никогда не делала. Раз два человека решили, что им лучше по отдельности - значит так лучше прежде всего им. А я всего единожды проплакалась от осознания того, что больше у меня нет семьи. Есть отдельно мама и ее новый муж (замечательный человек, который со временем стал почти что родным, хорошим другом) и есть папа. Который теперь живет один в нашем большом доме.
И мне не придется рассказывать красивую историю вашего романа своим детям. Потому что сказки должны заканчиваться хэппи-эндом, а в этой истории он отсутствует. Как вы познакомлись когда вам было по 16, как мама ждала тебя 2 года из армии, периодически мотаясь в город Энгельс, где ты служил. Как ты оставил часть и перспективную карьеру военного ради нее. Как вы подали заявление в ЗАГС в день ее 19-летия, как бабушка чуть не грохнулась в обморок от такой новости. Как ты писал ей из армии по письму каждый день, а потом вся эта корреспонденция полыхала в огне при пожаре. Как ты вытаскивал нас и оставшиеся вещи из горящего дома. Зачем рассказывать историю, которая закончится банальнейшей фразой "не сошлись характерами".
Да и дело совсем не в этом. Просто у нас с тобой тоже своеобразный "развод". Только ты не знаешь, как мне порой хочется вернуться в детство только ради того, чтобы снова почувствовать себя дочкой. Чтобы понять и осознать, в какой момент между нами возникла трещина, превратившаяся в пропасть. А может и возвращать ничего не надо, надо просто начать строить мост.
Сейчас ты счастлив, я за тебя очень рада. Ты занят любимым делом, приехав к тебе я снова спотыкалась об гитары, расставленные во всех комнатах - музыка стала для тебя лучшим антидепрессантом. Ты снова как в молодости готов ночи напролет играть и петь про глухарей, про то, что он был старше ее, что костер еще горит, а осень - это небо. А я готова это слушать. Только звонишь ты мне все реже, а чаще не берешь трубку. Не нужны мне от тебя деньги и подарки - в детстве это не заменило мне внимания и любви, сейчас и подавно. Да и зарабатываем мы с тобой практически одинаково. Я хочу снова стать папиной дочей, какой была в пять лет, сидя у тебя на шее с полным ощущением счастья. А счастье - это просто. Ты сам всегда так говорил. Я тебя люблю, пап. Прости, если что было не так.